О культуре благоразумия
Наше тело как ящик Пандоры таит в себе волшебство и опасность. Экстатический опыт открывает его, в то время как традиция хранит закрытым,
чтобы уберечь малых и неразумных от саморазрушения. Речь идет о фундаментальных свойствах нашей биологии: об эросе – дающем саму жизнь, и опьянении –
дающем зрелому человеку понимание жизни. Оба таинства призваны служить на пользу человеку, но, как это часто бывает, неосторожность превращает пользу во вред.
Тогда эрос и опьянение приносят болезни и смерть вместо радости и процветания.
Увы, культура, знакомая нам, не учит правилам безопасности в приобретении экстатического опыта.
В этих вопросах наша культура умеет лишь ставить запреты и внушать страх. И если вы попробуете шагнуть на территорию повышенного риска,
вы не только не сможете воспользоваться помощью специалистов, но вам ещё придется прятаться от людей.
И это при том, что экстатические переживания в определенные этапы жизни являются самым важным и самым привлекательным опытом для человека!
Запрет создает преступников и выгоняет нарушителей в тень нелегального существования, где помочь им уже нельзя. Это предательство людей, уже вовлеченных в опасную
практику и, как правило, нуждающихся в помощи. Это как пнуть упавшего под предлогом того, что такое поведение якобы удержит других от падений. Только пристальное
внимание в обстановке официального содействия защищает слабых – пристальное внимание культуры к экстатическому опыту во всем его разнообразии
в атмосфере доверия и профессиональной поддержки – вот, что действительно помогает людям.
Давайте вспомним о том, что экстатический опыт лежит в основе нашей биологии. Стремление изолировать людей от него явно не здоровое намерение.
Одержимость появляется как раз там, где люди сталкиваются с биологически обусловленной, но культурно-осуждаемой потребностью.
Необходимо искать безопасные формы удовлетворения потребности в экстатических переживаниях. Страх перед этим опытом связан с мнением, что люди не способны
его контролировать. Но это мнение, к счастью, не единственное. И когда-нибудь люди обязательно научатся пользоваться всем богатством растительных опьяняющих средств,
вспоминая нынюшнюю ситуацию в качестве примера варварства.
Мой личный опыт в этой области (отчасти любительский, отчасти профессиональный) убедил меня в важности создания открытых исследовательских программ,
где заинтересованные люди смогут приобретать сертифицированные специалистами средства. В главе «Территория экстатического опыта»
я попытался представить, каким образом можно осуществить подобные программы. Теоретическая основа новой наркологии – понимание, что здоровый человек умеет
не только обходиться без опьяняющих средств, но и пользоваться ими. Пока ещё официальная культура отказывает ему в этом.
Поскольку искусственная стимуляция организма с помощью психоактивных средств связана с риском для здоровья и поведения человека, употребление наркотических препаратов
должно быть строго регламентировано, но при этом легально. Легализация ряда наркотиков приведет к увеличению числа их потребителей, но при этом снизит те риски,
с которыми потребители наркотиков сталкиваются в ситуации их запрета. В том числе легализация снизит риск формирования разрушительного пристрастия к зелью. Если даже в условиях подпольных
самодеятельных экспериментов большинство людей самостоятельно преодолевают этот сложный жизненый этап (по оценкам экспертов, число потребителей в 10 раз превышает число обратившихся за помощью),
то при поддержке специалистов они, конечно, смогут лучше защитить своё здоровье не только верным выбором психоактивных средств, но и сокращением периода своей зависимости от них.
Злоупотребление психоактивными средствами связано с расстройствами здоровья человека и является предметом медицинского исследования. Само опьянение при этом не является
причиной болезни, а при правильном применении может даже содействовать выздоровлению. Но "правильное" применение психоактивных веществ невозможно, когда опыт измененных состояний
сознания исключен из легальной рекреационной и медицинской практики. В частности в России нет учреждений, где под руководством специалистов можно принимать каннабиноиды или псилоцибин.
А ведь продукты конопли и галлюциногенные грибы знакомы человечеству с доисторических времён. Не удивительно, что люди ищут этот опыт.
Задача культуры не в том, чтобы изменить природу человека, а в том, чтобы найти созидательные формы её проявления. Здесь нужны не запреты, а легальные рынки сертифицированных
психоактивных веществ и профессиональная поддержка наркологов. То есть, проблема наркотиков будет существовать до тех пор, пока их открытое рекреационное и
медицинское использование затруднено. Что мешает решению проблемы наркотиков? Наше невежество и коммерческий интерес тех, кто становится хозяином наркотиков и прекурсоров
при запрете их легального оборота.
Для решения проблемы наркотиков необходимо расширять практику их свободного рекреационного и медицинского использования, признавая, что люди в определённые периоды жизни
нуждаются в переживании изменённых состояний сознания, и им нужна поддержка на уровне официальной культуры, чтобы сделать эти периоды безопаснее и короче.
Именно такая стратегия решает проблему наркотиков по существу.
Соответственно, необходимо развивать пути легального оборота психоактивных средств. Здесь же и главный ключ к подрыву незаконного оборота наркотиков
– дать возможность заинтересованным людям легально приобретать сертифицированные специалистами препараты и пользоваться услугами медицинских и научных наркологических программ.
Легальность сертифицированных опьяняющих средств, применение образовательных и терапевтических методик для формирования мотивов здорового образа жизни –
защитят здоровье вовлечённых в наркотизм людей и позволят оградить невовлечённых от опасностей самодеятельных экспериментов. Деньги, необходимые для оказания такого уровня
помощи в масштабе страны, принесут налоговые средства от легальной реализации сертифицированных психоактивных веществ.
Чтобы сделать людей менее зависимыми от алкоголя, табака и других наркотиков, культура должна постоянно предлагать им конкурентные по силе воздействия способы приобретения опыта
измененных состояний сознания, к числу которых относятся новые возможности межличностного взаимодействия (новые формы общения людей), межкультурной коммуникации, новые произведения и
формы искусства, то есть, новые знания о жизни. Этот процесс идет своим чередом, и мы не всегда можем на него влиять. Поэтому мы должны заботиться о тех, кто испытывает
дефицит новых впечатлений и пытается снизить его с помощью изменения свойств собственного восприятия.
Культивировать то, что биологически обусловлено!
